Адрес: 115035, г. Москва, Космодамианская набережная, д. 26/55, стр. 7 Тел.: (495)953-91-08,
617-18-88, 8-800-333-28-04 (по России бесплатно)

Сравнительная политика №1 – 2017

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ КОНЦЕПЦИЙ И ИНСТИТУТОВ

  • Харитонова Елена Марковна

    «Мягкая сила» Великобритании: сравнительный анализ механизмов, инструментов и практик С. 5-20

    Харитонова Елена Марковна Институт мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова Российской академии наук (ИМЭМО РАН), г. Москва, Россия Сотрудник подразделения, Отдел международно-политических проблем

    В статье рассматриваются цели и задачи политики «мягкой силы» современной Великобритании, выявляются факторы, которые оказывают влияние на эту политику, анализируются ее политико-институциональные аспекты. В центре внимания автора – меняющиеся взгляды политических элит страны на участие и роль негосударственных акторов в увеличении «мягкой силы», подходы британских экспертов к оценке эффективности данного направления внешнеполитической деятельности государства. Автор сопоставляет вклад различных ведомств в политику «мягкой силы», отношение исполнительной и законодательной ветвей власти к инициативам в данной области, приводит примеры использования «мягкой силы» во внешней политике Соединенного Королевства и определяет отличительные особенности британских инициатив и программ по сравнению с другими странами

    BRITISH SOFT POWER: COMPARATIVE ANALYSIS OF INSTRUMENTS, MECHANISMS AND PRACTICES

    Kharitonova Elena M. Primakov Institute of World Economy and International Relations, Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia Staff Member, Department of International Politics,

    The article examines today’s British soft power goals and objectives, analyses influencing factors, political and institutional aspects. The author focuses on the developing perspectives on the roles and participation of non-state actors soft power policies, the ways of measuring effectiveness of such policies. The author compares the approaches of British executive and legislative bodies towards the concept, brings examples of soft power initiatives in the United Kingdom foreign policy and determines specific features of the British initiatives in comparison with other countries.

  • Райнхардт Роман Отмарович

    Сравнение национальных систем экономической дипломатии ведущих стран Европейского союза С. 21-32

    Райнхардт Роман Отмарович МГИМО МИД России, г. Москва, Россия к.э.н., преподаватель, Кафедра дипломатии,

    В статье проведен сравнительный анализ и общее сопоставление национальных систем экономической дипломатии ведущих стран Европейского союза (Германии, Франции, Великобритании, Италии) по следующим критериям: значение и функции ключевых экономико-дипломатических агентов; полномочия субнациональных регионов как самостоятельных участников внешнеэкономических связей; практика и механизмы «входящей» (в основном, привлечение иностранных инвестиций) и «исходящей» (в основном, продвижение экспорта) экономической дипломатии; кадровая политика и роль «первых лиц» в профильных мероприятиях. На этапе научного синтеза сделаны выводы относительно частных черт, присущих отдельным странам, и общих свойств четырех наиболее развитых экономик Евросоюза в исследуемой области.

    A COMPARISON OF NATIONAL ECONOMIC DIPLOMACY SYSTEMS OF THE LEADING EUROPEAN UNION COUNTRIES

    Raynkhardt Roman O. MGIMO University, Moscow, Russia Candidate of Economics, Lecturer, Department for Diplomatic Studies

    The article provides a comparative analysis of the leading EU-countries’ (Germany, France, Great Britain and Italy) national economic diplomacy systems in line with the following criteria: role and functions of key economic diplomacy agents; competences of subnational regions as independent foreign economic actors; practice and mechanisms of ‘inward’ and ‘outward’ economic diplomacy (attraction of foreign investments and export promotion respectively); HR-policy as well as the role of country leaders in economic diplomacy measures. The author outlines the country-specific features of the aforementioned systems alongside treats common to all of them.

СРАВНИТЕЛЬНАЯ ПОЛИТИКА И ГЕОПОЛИТИКА

  • Богатуров Алексей Демосфенович

    Между силой и влиянием государств С. 44-57

    Богатуров Алексей Демосфенович МГИМО МИД России, г. Москва, Россия д.полит.н., профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации

    Данная статья представляет собой размышление автора о современном состоянии международных отношений в контексте развернувшихся в последнее десятилетие глобальных трендов мирового развития. В частности, статья посвящена проблематике соотношения силы и влияния во внешней политике великих держав с учетом ядерного фактора и протекающих международных кризисов. Автор использует и объясняет понятия «превосходство» и «паритет» для оценки современной трансформации мировой системы и места в нем ключевых региональных и великих держав, включая Россию. В статье также приводится классификация субъектов международного взаимодействия, и анализируется потенциал их влияния на мировую политическую систему, о сценариях развития которой и рассуждает автор.

    BETWEEN POWER AND INFLUENCE OF STATES

    Bogaturov Alexei D. MGIMO University, Moscow, Russia Dr. of Political Science, Professor, Distinguished Researcher of Russia

    The author considers the contemporary state of affairs in international relations in the context of accelerating global trends of world development of the latest decade. In particular, the article deals with the issue of correlation between power and influence in foreign policies of great powers, taking into consideration the nuclear factor and current international crises. The author resort to and explains the notions of “supremacy” and “parity” to analyze the on-going transformation of world system and the role of key regional and great powers, including Russia, in this process. The article also proposes the typology of subjects in international interaction, as well as the potential of their influence on world political system, whose development scenarios is in the focus of author’s attention.

  • Шлыков Павел Вячеславович

    Евразийство и евразийская интеграция в политической идеологии и практике Турции С. 58-76

    Шлыков Павел Вячеславович Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова, г. Москва, Россия к.и.н., доцент, Кафедра истории стран Ближнего и Среднего Востока, Институт стран Азии и Африки,

    В статье в сравнительной перспективе анализируется трансформация евразийства как геополитического концепта и динамика отношения турецкой политической элиты к идеям евразийской интеграции в 1990-е и 2000-е гг. Для Турции, как и для России – географическая составляющая понятия «Евразии» и «евразийства» не выступает доминантной характеристикой этого концепта. В турецкой общественно-политической мысли евразийство уникальным образом объединило в себе черты разных идеологий – пантюркизма, панисламизма, тюркизма и неоосманизма – каждая из которых предлагала для Турции свой путь к региональному лидерству. В рамках полифонии трактовок и подходов к евразийству в Турции содержательно оформились два магистральных направления – концепт Евразии как географического мета-пространства и турецкие версии евразийской/неоевразийской идеологии. Географическое понятие Евразии стало использоваться в разных конфигурациях (в частности, Афро-Евразия) чаще всего для обозначения особой «центральной» роли Турции в обширном регионе, объединяющем пространство современного Ближнего и Среднего Востока, Балкан, Центральной Азии и Кавказа. Тем самым концепт Евразии стал универсальным инструментом в руках общественных деятелей и политиков, которые стремились доказать «исключительное геополитическое значение» Турции для глобальной мир-системы.

    EURASIANISM AND EURASIAN INTEGRATION IN THE POLITICAL IDEOLOGIES AND PRACTICE OF TURKEY

    Shlykov Pavel V. Moscow State University, Moscow, Russia, Candidate of History, Associate Professor, Middle East History Department, Institute of Asian and African Studies

    The papers analyses transformations of Turkish Eurasianism as a geopolitical concept and attitudes of Turkish political elite towards ideas of Eurasian integration in the 1990s and first decade of the 2000s in comparative perspective. For both Russia and Turkey the geographical dimensions of Eurasia and Eurasianism itself has never been a core characteristic of this concept. In the Turkish socio-political thought Eurasianism combined features of different ideologies (Pan-Turkism, Pan-Islamism, Turkism and Neo-Ottomanism), which offer diverse strategies for Turkey’s regional leadership. Within this polyphony of interpretations and approaches towards Eurasianism in Turkey two theoretical trends became the most prevailing: the first one is a concept of Eurasia as a geographical meta-region, the second one comprises various Turkish versions of Eurasian / Neo-Eurasian ideologies. Turkish politicians and ideologists began to use geographical concept of Eurasia in different configurations (like Afro-Eurasia) mostly to define the special “central” role of Turkey in the vast region of modern Middle East, the Balkans, Central Asia, and the Caucasus. Thus the concept of Eurasia became a universal instrument for both politicians and public intellectuals trying to prove the exceptional geopolitical significance of Turkey for the global world-system.

  • Конышев Валерий Николаевич, Кобзева Мария Артуровна

    Политика Китая в Арктике: традиции и современность С. 77-92

    Конышев Валерий Николаевич Санкт-Петербургский государственный университет, д.полит.н., профессор, Кафедра теории и истории международных отношений

    Кобзева Мария Артуровна Санкт-Петербургский государственный университет, магистр международных отношений

    В статье рассмотрены особенности политики Китая в Арктике с учетом их связи с политическими и культурными традициями, имеющими давнюю историю. Неоднозначности в оценках намерений и перспектив политики Китая в Арктике во многом связаны с недостаточным учетом этого обстоятельства западными экспертами. Китай имеет долгосрочные интересы в Арктике, имеющие экономическое и стратегическое измерение, что делает актуальной задачу понять те факторы, которые влияют на принятие решений и политический курс КНР. Авторы считают, что современная внешняя политика Китая как в целом, так и на арктическом направлении, формируется под влиянием таких факторов, как сочетание «мягких» и «жестких» методов влияния, сохранение достаточно острых противоречий между элитами в политическом руководстве КНР, долгосрочный характер стратегического планирования. Для внешней политики Китая характерно избегание конфликтов путем выжидания благоприятных условий и создания необходимых материальных и политических предпосылок для изменения ситуацию в свою пользу. В соответствии с этим, на арктическом направлении для современной политики Китая характерно стремление добиваться стратегической цели по доступу к ресурсам региона сразу по многим направлениям. К важнейшим из них относятся пересмотр правового статуса Арктики в пользу превращения ее в «достояние человечества», активное участие в работе международных организаций и в двустороннем межгосударственном сотрудничестве, избегание открытого противостояния с арктическими государствами, политика пошаговых мер, направленная на постепенное выдавливание конкурентов.

    CHINA'S POLICY IN THE ARCTIC: TRADITION AND MODERNITY

    Konyshev Valery N. Saint-Petersburg State University, Saint Petersburg, Russia Dr. of Political Science, Professor, Department of Theory and History of International Relations

    Kobzeva Mariia A. Saint-Petersburg State University, Saint Petersburg, Russia MA in International Relations

    The article describes the features of China's policy in the Arctic region, taking into account their relationship with the political and cultural traditions, which have a long history. Ambiguities in the assessments of intentions and prospects of China's policy in the Arctic is largely due underestimation of ties by the Western experts. The authors believe that the current China's foreign policy in general and toward the Arctic, in particular, is formed under the influence of such factors as the combination of «soft» and «hard» methods of management, existing sharp contradictions between the elites in the political leadership of the state, and the tradition of long-term planning in strategy. In accordance with this, the Arctic dimension of modern China foreign policy, seeks to achieve the strategic goal of access to the resources of the region in many directions simultaneously. The most important instruments include the revision of the legal status of the Arctic, an active part in the work of international organizations and active bilateral inter-state cooperation, avoiding open confrontation, “waiting” policy and incremental measures aimed at the gradual squeezing of competitors.

  • Стрельцов Дмитрий Викторович

    Политика Японии в Арктике С. 93-103

    Стрельцов Дмитрий Викторович МГИМО МИД России, Институт востоковедения РАН, г. Москва, Россия д.и.н., профессор, заведующий кафедрой востоковедения, ведущий научный сотрудник,

    Статья посвящена государственной политике современной Японии в отношении Арктики. Японское правительство поставило достаточно четкие и конкретные цели по активизации усилий страны в экономическом освоении Арктического региона. Среди приоритетов арктической политики были обозначены такие ее направления, как развитие морских коммуникаций, освоение углеводородных месторождений арктического шельфа, морской промысел, а также сохранение и приумножение морских биоресурсов.

    JAPAN’S ARCTIC POLICY

    Streltsov Dmitry V. MGIMO University, Institute of Oriental Studies of Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia Dr. of History, Professor, Head of the Department of Oriental Studies,

    The article is devoted to the public policy of modern Japan in the Arctic. The Japanese government has put forward clear and well-specified targets of the intensification of Japan’s efforts in the economic development of the Arctic region. Among the priorities of the Arctic policy one should mention such areas as the development of maritime transportation, development of hydrocarbon deposits of the Arctic shelf, sea fishing, as well as the preservation and increase of the sea bioresources.

МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ ДИСКУССИИ

  • Прохорова Алиса Андреевна, Шохин Александр Николаевич

    Модели руководства «Деловой двадцатки»: возможности оптимизации С. 104-122

    Прохорова Алиса Андреевна Российский союз промышленников и предпринимателей, г. Москва, Россия главный специалист, Управление международного сотрудничества

    Шохин Александр Николаевич д.э.н., Президент Российский союз промышленников и предпринимателей, НИУ Высшая школа экономики, г. Москва, Россия профессор, Президент Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ); заведующий Кафедрой теории и практики взаимодействия бизнеса и власти, НИУ ВШЭ

    В статье проведен анализ деятельности и структуры приоритетной аутрч-группы «Группы двадцати» (G20) – «Деловой двадцатки» (В20). «Группа двадцати» – один из ведущих неформальных международных экономических институтов, которых по сравнению с количеством международных организаций пока немного, но которые при этом обладают достаточным потенциалом, чтобы оказывать реальное влияние на разрабатываемую и реализуемую на уровне мирового сообщества политику. Деятельность В20 направлена на содействие развитию стабильного, устойчивого экономического роста, что, в свою очередь, должно способствовать увеличению рабочих мест, и представление и защита интересов национальных деловых участников-сообществ диалога с G20. Одна из основных целей B20 – такое воздействие на повестку дня и итоговые обязательства G20, которое позволяет учитывать консолидированные интересы мирового бизнес-сообщества, так как основные участники аутрич-группы – бизнес-ассоциации, руководители крупных корпораций, консалтинговых организаций. Подход к организации работы B20 в разные годы различался, однако, за семилетнюю историю диалога с G20 постоянного формата В20 не сложилось, и единообразного, переходящего от председателя к председателю механизма представления интересов бизнеса в «Двадцатке» на данный момент нет. Исследование различных моделей организации деятельности «Деловой двадцатки» позволило определить основные элементы института, на которые возложены руководящие функции: Председатель «Деловой двадцатки», «Тройка», Председатель и сопредседатели Рабочих групп. Предложены возможные способы их оптимизации в соответствии с критерием эффективности, который определен вовлеченностью бизнес-сообщества в разработку рекомендаций, обеспечением максимальной включенности рекомендаций деловых кругов в итого вые документы «Группы двадцати», возможностью последующей имплементации принимаемых на Саммитах решений

    MODELS OF «BUSINESS TWENTY» GOVERNANCE: POSSIBILITIES OF OPTIMIZATION

    Prokhorova Alisa A. Russian Union of Industrialists and Entrepreneurs, Moscow, Russia Chief Specialist, Department of International Cooperation

    Shokhin Alexander N. Doctor of Economics, President of the Russian Union of Industrialists and Entrepreneurs; Professor, President of the National Research University “Higher School of Economics”; Head of HSE Department of Theory and Practice of Interaction between Business and Government

    The article investigates the activities and structure of the «Group of Twenty» (G20) main outreach group - «Business Twenty» (B20). «Group of Twenty» is one of the leading international economic summitry institutions, which has enough capacity to influence on the development and implementation at the level of global community policies. B20 aims at facilitating the development of sustainable economic growth which, in turn, would contribute to job creation as well as representation and protection of the interests of the national business communities in dialogue with the G20. One of the main B20 objectives is to make an impact on the G20 agenda and final commitments, with an emphasis on the consolidated interests of the global business community as the main participants of the outreach group are business associations, CEOs of global corporations, consulting organizations. The approach to the B20 organization differs, for the seven-year history of the G20-B20 dialogue the permanent format has not been worked out and there is no unified, rolling from the Chairman to Chairman mechanism of representation of the business interests within the «Group of Twenty». Analysis of different «Business Twenty» organizational models allowed to sort out the main elements of the institution entrusted with executive functions: Chairman of «Business Twenty», «Troika», Chairs and Co-Chairs of Task Forces. The investigation suggests possible ways of their optimization in accordance with the criterion of efficiency which is defined by the engagement of business community in the process of recommendations development, ensure of the maximum implementation of the business-community recommendations in the «Group of Twenty» final documents, possibility of a subsequent implementation of the assumed by «Group of Twenty» obligations.

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ЛОКАЛЬНОГО ОПЫТА

  • Лайне Юсси

    Восприятие России в общественном сознании Финляндии С. 123-139

    Лайне Юсси Ассоциация исследований границ и приграничных территорий, Университет Восточной Финляндии, Йоэнсуу, Финляндия, Карельский институт Ответственный секретарь, финансовый директор,

    В истории Российской Федерации и Финляндии есть немало общих страниц. За исключением периода двух вооруженных конфликтов, отношения между обеими странами обычно характеризуются как дружественные. Имея общую границу с Россией протяженностью более 1300 километров, Финляндия всегда была тесно связана со своим восточным соседом. Однако несмотря на географическую близость, закрытость границ в эпоху холодной войны увеличила психологическое расстояние между двумя сторонами и способствовала формированию стереотипных представлений друг о друге. В результате укоренившееся в сознании многих мышление в категориях «мы» и «они» оказалось куда более глубоким и менее преодолимым, чем государственная граница. Автор прослеживает развитие имиджа России в общественном сознании Финляндии по материалам колонки мнений в крупнейшей газете страны Helsingin Sanomat за 1990-2010 годы. Их анализ показывает, что для улучшения общего геополитического имиджа России почти ничего не было предпринято. Несмотря на понимание потенциала соседства с Россией, многие финны по-прежнему придерживаются стереотипных представлений о восточном соседе. Мифы о России используются для передачи идеологических норм, а также доминирующих и исторических ценностей финской культуры. Таким образом, мифы служат для того, чтобы сделать коллективные взгляды и убеждения, пусть и необоснованные, естественными и самоочевидными. Тексты-мнения, проанализированные в данном исследовании, не могут считаться только формой коммуникации, т.е. передачей знаний от автора к читателям. Наоборот, они являются яркими примерами коммуникативного построения смыслов, с помощью которого они вызывают у читателя желание их интерпретации. Чем сильнее основной миф, тем легче автору (отправителю сообщения) и читателю (получателю сообщения) прийти к общей интерпретации. В результате создан некий шифр, который может быть раскрыт только теми, кто знаком с соответствующими кодами и обладает соответствующим социальным знанием, из чего исходит отправитель.

    PERCEPTION OF RUSSIA IN THE FINNISH PUBLIC CONSCIOUSNESS

    Laine Jussi Association for Borderlands Studies, University of Eastern Finland, Joensuu, Finland, Karelian Institutes Executive Secretary, Treasurer

    Finland and the Russian Federation share significant overlaps in history. With the exception of a couple of conflicts, the relationship between the two is commonly described as friendly. With a common border of more than 1.300 kilometers, Finland has always been closely tied to its eastern neighbor. Despite the physical proximity, the Cold War era closure of the border increased the mental distance between the two sides, and fostered an image of the other colored largely by attitudinal stereotypes. For a long time, a good fence indeed made good neighbors. The resultant ‘us’ versus ‘them’ mentality etched in the minds of many has proven to be far more deeply rooted and harder to erase than the political border per se. In an attempt to trace the development of the portrayed image of Russia, this article analyzes the opinion columns featured in the main Finnish newspaper Helsingin Sanomat during 1990–2010. The analysis suggests that little effort has been made to improve the popular geopolitical image of Russia. While understanding the potential of having Russia as a neighbor, many Finns continue to actively reconfirm the elements in the neighbor, which should be let go in order move beyond stereotypes. This tendency is only reinforced by the load of the language used in the opinion writings, which seems to inhibit people from critically evaluating the opinions and views that they hold. Myths about Russia are used for transferring ideological norms and dominant historical values of Finnish culture. Therefore, myths serve to make collective views and convictions natural and evident, even if they ungrounded. Stronger is the main myth, easier it is for both the author (the message’s sender) and the reader (the message’s recipient) to find a common interpretation. As a result, it creates a code which can be understood only by those who know it and possesses a respective social knowledge.

  • Андрей Семенович Скачков

    Историческая память в политических процессах постсоветской Прибалтики С. 140-151

    Андрей Семенович Скачков МИД России, г. Москва, Россия к.полит.н., начальник отдела, Второй Европейский департамент

    После обретения независимости в 1991 году правящие элиты Латвии, Литвы и Эстонии активно использовали вопросы истории в процессе государственного строительства. Они попытались формировать свою политику на отрицании и собственной интерпретации советского прошлого, что привело к острейшему конфликту исторических памятей на национальной почве и оказало заметное влияние на формировании политических процессов в Прибалтике.

    HISTORIC MEMORY IN THE POLITICAL PROCESSES OF THE POST-SOVIET BALTIC STATES

    Skachkov Andrey S. Ministry of Foreign Affairs of the Russian Federation, Moscow, Russia, Candidate of Political Science, Head of the Section in the Second European Department

    After gaining independence in 1991 the ruling elites of Latvia, Lithuania and Estonia actively used historical questions in the course of state building. They tried to base their policy on the rejection and personal interpretation of the Soviet past. This approach has led to a sharp ethnic conflict of historic memories and dramatically affected political processes in these countries.

ОБЗОРЫ И РЕЦЕНЗИИ

НА КНИЖНОЙ ПОЛКЕ

НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ

ПАРТНЕРЫ

  • FELLOWS: le regard de chercheurs internationaux sur l’actualité С. 172

  • Istanbul Policy Center С. 173